Роль торговых центров Кумыкии в торгово-экономических связях России с народами Северного Кавказа в XVIII в.

Кумыкские феодальные владения играли важную роль в торгово-экономической интеграции народов Северного Кавказа с Россией.

Благодаря своему выгодному географическому положению кумыки держали в своих руках торговлю региона [18, с. 11]. Через Кумыкию проходили важнейшие на Восточном Кавказе торговые пути, в частности Великий шелковый путь. Кумыкская равнина служила главной житницей для многих районов Дагестана – все это обусловило значительное развитие торговли, экономики [14, с. 477]. Б.В. Скитский писал, что «торговля (у кумыков – М.-П.А.) была значительной, так как земли кумыков лежали на дороге, соединяющей Восточную Европу с Закавказьем» [25, с. 123].

Основными торговыми центрами в рассматриваемый период на Кумыкской плоскости были селения Тарки, Эндирей, Аксай, Костек, куда собирались торговые люди не только из всего Дагестана, но и из Центральной России, Кабарды, Осетии, Персии и т.д. [8, с. 101].

Указанные торговые центры выступали в роли связующего звена в контактах горных частей Северного Кавказа с Россией.

Особо следует выделить Тарки, который был главным жизненным центром кумыкских земель [17, с. 172]. В изучаемое время Тарки являлся и политическим центром – столицей шамхальства и центром внутренней торговли Дагестана. Сюда поставляли свои товары со всех концов шамхальства, а также из других владений Дагестана. Известны древние торговые пути, связывавшие равнинный Дагестан с нагорным: дорога, идущая от Тарки через Торкалы – Кафыр – Кумух – Казанище – Кумух – Дюльтыдаг – Закаталы или Кумух – Турчидаг – Согратль – Чох [15, с. 51]. В Тарках помимо местной продукции (марена, соль, пшеница, скот, шерстяные изделия домашней промышленности, ремесленные изделия и др.) в обращении было много товаров, поступавших из Ирана, Закавказья, России (а через Россию и из Западной Европы) [9, с. 54].

Для продажи своих товаров таркинские купцы ездили на Северный Кавказ и в Россию: в крепость Терки, Астрахань, Москву, а также в города Закавказья и Ближнего Востока [7, с. 107]. «Несколько жителей в Тарху, – отмечал И.-Г. Гербер, — имеют купечество в Персии и в России» [11, с. 33]. На это указывал и И.Чулков: «Жители города Тарху, – писал он, – отправляют купечество с Персиею и Россией» [29, с. 472].

Особо следует отметить и тот факт, что в самих Тарках «для купечества жили» и представители других, не дагестанских народов [7, с. 109].

«Торговля внутри аулов находится в руках армян и евреев», — писал Н.Ф. Дубровин [13, с. 620]. Особенно преобладали армянские торговцы, которые продавали русские товары [16, л. 17]. И.Н. Березин писал: «Здесь (в Тарках – М.-П.А.) находится не более тридцати лавок, и в самом лучшем здешнем магазине лежит товару много, много рублей на семьдесят. Постоянный предмет солидной торговли составляют здесь бумажные материи для горских щеголих, верблюжье сукно для горских щеголей, и татарские башмаки для всех вообще. В летнее время базар оживляется привозными фруктами, но цена на них довольно высока: арба дынь стоит пять целковых» [4, с. 62-63].

Количество купцов, приезжающих торговать в Тарках постоянно росло. В шамхальство Тарковское приезжали «азербайджанские, армянские, крымские, турецкие, грузинские и российские купцы» [3, с. 166].

Более интенсивный характер носили в ту эпоху торговые связи кумыкского населения с русскими. Они значительно выросли в период нахождения Кумыкской плоскости в составе Русского государства, когда для снабжения русских гарнизонов потребовались различные местные продукты [26, л. 3]. По приказу Петра I покупка этих продуктов должна была производиться «наличными деньгами» [3, с. 166].

Основным центром торговых связей народов Дагестана с Россией стала в это время основанная Петром на реке Сулак крепость Святой Крест [22, с. 144].

Как сообщал И.-Г. Гербер, таркинцы посещали Святой Крест и ездили в Астрахань со своими товарами [11, с. 69].

Генералом Левашовым были приняты меры, чтобы дагестанцы привозили в Святой Крест побольше продуктов [20, с. 13].

Буйнакцы также снабжали местный гарнизон всякими съестными припасами [20, с. 68].

Меры, принимаемые царизмом, значительно способствовали развитию торговли не только на территории кумыкских феодальных владений, но в Дагестане в целом. Так, в грамоте Петра I от декабря 1722 г. на имя шамхала Адиль-Гирея по поводу отпуска из крепости Святого Креста ему пороха и свинца сказано: «... Пороху, свинцу и кремней велено к вам отпустить из крепости Святого Креста, что при Сулаке или от Астраханской...»[23, с. 275].

В 1724 г. последовал специальный Указ Сената о беспошлинном провозе и свободной продаже вина, табака, всяких хлебных и мясных припасов и скота в Дербенте, Баку и в крепости Святого Креста [23, с. 295].

В Россию из Тарков вывозились местные изделия кустарной промышленности: паласы, ковры, сукна как таркинской работы, так и из других регионов Дагестана, сабли, кинжалы, продукцию сельхоздеятельности: фрукты, воск, мед и т.п., а, главное, сырье: хлопок-сырец, шелк-сырец, марена. Здесь же русскими купцами приобретались и восточные товары: дорогие ткани, драгоценные камни, пряности и другие предметы роскоши, а также сырье: шелк и хлопок, часть из которых транзитом шла в Европу [15, с. 54].

В 1735 г. была упразднена крепость Святой Крест, и в том же году основан был город Кизляр, как главный административный и торговый центр на Северо-Восточном Кавказе. Он активно участвует в экономической и политической жизни Низменного и Приморского Дагестана; особенно следует отметить рост торговых связей [9, с. 54].

Большой интерес в раскрытии торговли кумыков с Кизляром представляют письма кумыкских феодальных владетелей, адресованных кизлярским комендантам. Так, 8 мая 1750 г. шамхал Хасбулат в письме к генералу А.П. Девицу просит «пропустить из Кизляра закупленных лошадей и разрешить приобрести товару, а именно, олова, нашатырю, свинцу» [28, л. 58]. Шамхал Тарковский Муртазали, сын Хасбулата, в письме от 17 апреля 1769 г. просит кизлярского коменданта Н.А. Потапова пропустить его людей «для продажи фруктов и парчи» в Кизляр и обратно [28, л. 114]. Тарковские торговые люди были частыми гостями в Кизляре. Приезжали сюда и жители Эндирея, Аксая, Карабудахкента, Буйнака и других кумыкских селений [1, с. 36].

В шамхальство Тарковское направлялись специальные торговые агенты для закупки фруктов для императорского двора [28, л. 41]. Кизлярские купцы заключали подряды с кумыкскими феодальными владетелями на поставку «всяких потребных им вещей... принимая за них тамошние товары» [28, л. 14].

В рассматриваемый период одним из крупных центров как внутренней торговли Дагестана, так и внешней – с Россией и народами Северо-Восточного Кавказа, являлся Эндирей – центр Эндиреевского владения, наиболее влиятельного в Засулакской Кумыкии, который находился на трассе прикаспийского торгового пути. Оно служило «воротами ведущими на плоскость» [10, с. 149]. Эндирей был крупным центром и работорговли. «Эндерейская деревня, – писал С.М. Броневский, – по местоположению своему будучи, так сказать, воротами между горами и долинами, сделалась сборным местом и главной в сей стране ярмаркой для торга пленниками, высылаемыми из Дагестана и Лезгистана» [5, с. 197-199]. Рабов из Эндирея отправляли «в Анапу, Сухум-кале, Поти, Батум, а также оттуда через турецких купцов – в Константинополь, Египет и левантские порты» [5, с. 199]. Через это владение проходил торговый путь из России в Закавказье и Иран, контроль над которым обогащал эндиреевских владетелей за счет пошлин с русских и иранских купеческих караванов за перевозы через реки Сунжа и Койсу (Сулак). Эндиреевским владетелям принадлежали и основные зимние пастбища, за аренду которых многие общества Дагестана вынуждены были уплачивать им большую плату натурой.

«Эндери стало торговым местом, куда стекались армяне и евреи, без которых торговля не мыслима», – писал П.И. Ковалевский [17, с. 167-168]. Трудно переоценить роль Эндирея как центра международной транзитной торговли, с одной стороны, и центра русско-дагестанских торгово-экономических контактов, связующего звена между Россией и нагорным Дагестаном, с другой. Через Эндирей кизлярское купечество связывалось с Салатавией, Гумбетом, Анди, Ботлихом. Отсюда кизлярские купцы ездили вглубь дагестанских гор, в «тавлинские деревни» [15, с. 96]. В Эндирей на еженедельные базары (по пятницам) съезжались почти изо всех областей Северного Кавказа. Здесь можно было встретить представителей Дагестана, Осетии, Чечни, Ингушетии, Кабарды. Эндирей вело обширную торговлю не только с Кабардой, но и с Персией и Крымом. На эндирейском базаре можно было приобрести разнообразные товары, все необходимое для хозяйства горца. Почти отовсюду с плоскости и гор Северного Кавказа сюда поступали товары сельскохозяйственного и ремесленного производства: зерно, фрукты, виноград, орехи, скот, продукты животноводства, шерсть, бараньи шубы и т.д. [10, с. 149-150].

Из Эндирея транзитом через Кизляр в Россию вывозили в больших количествах марену, шелк-сырец, рис, фрукты, мед, воск, сыр, горское сукно, шелковые и бумажные ткани и т.д. поставки марены из Эндиреевского владения в Кизляр в середине ХVIII в. были весьма значительными по сравнению с другими пунктами, традиционно поставлявшими марену на российский рынок [28, л. 12, 18, 28].

Из России в Эндирей купцы привозили сукна, меха, кубки, котлы, по специальному разрешению предметы вооружения – пищали, сабли, панцыри, и также по специальному разрешению татарских пленников – ясырь [19, с. 9]. Приезжали сюда и гребенские казаки для продажи рыбы и закупки зерна, лошадей и ремесленных изделий [28, л. 36].

Несомненно видно, что Эндирей первой половины ХVIII в. не только важнейший рынок сбыта продукции многих регионов Дагестана, но и партнер и посредник русско-дагестанской торговли, одно из крупнейших селений Засулакской Кумыкии с обширной местной торговлей [15, с. 97].

Важным торгово-ремесленным центром в изучаемый период в Засулакской Кумыкии было и селение Аксай– резиденция феодальных владетелей, обособившихся от эндиреевских и ставших на путь самостоятельного развития в конце ХVII в.

Аксай, находясь «на правом берегу Аксая, при выходе сей реки из гор» и в непосредственной близости к границам России, будучи расположенным на торговой магистрали, которая проходила через Кизлярский перевоз, играл значительную роль в развитии российско-северокавказских торгово-экономических связей [6, с. 242].

Каждую неделю в Аксае бывали оживленные базары, собиравшие большое количество людей из соседних областей Северного Кавказа [10, с. 152].

Торговцы съезжались сюда заранее, за один или два дня до открытия базара. Особенно много было купцов из армян, которые имели здесь множество лавок [12, с. 253].

В Аксае армяне обитали с давних времен, как и в других торговых центрах Западного Прикаспия, и обслуживали посредническую торговлю в регионе. Здесь торговали не только российскими или восточными товарами, но и привезенными с гор или других регионов Северо-Восточного Кавказа.

«Аксай представляет собою... торговый пункт в Северо-Восточном углу Кавказа», – писал Н. Семенов. «Базары на подобие ярмарок бывают в нем три дня в неделю в течение круглого года и на них съезжаются со скотом, хлебом, кожами, лесом, оружием и другими местными произведениями не только из всех мест... Дагестана, но и из Чечни и Ногайских степей» [24, с. 229]. Далее продолжает Н. Семенов, что «в Аксае множество лавок с красными товарами и масса мастерских, в которых изготовляются азиатское оружие, металлическая посуда, земледельческие орудия, конская сбруя, обувь и прочее» [24, с. 229].

В изучаемое время Аксай выступает в роли торгового центра, где осуществлялись русско-дагестанские торгово-экономические контакты, в то же время он посредничает в торговле России с народами Северо-Восточного Кавказа [15, с. 98].

«Производимый в оном (с. Аксай – М.-П.А.) торг, привлекает туда многих соседственных чеченцев, относительно коих также весьма важно сие место» [27, лл. 3-3 об.].

Жители Аксая, как свидетельствуют архивные документы, вывозили в Кизляр и другие города на продажу марену, хлопок, шелк, рис, фрукты, мед, сукно местное, бурки и т.д. В Кизляре же они приобретали изделия русской промышленности: «для домашних потребностей … котлов чугунных-2, … башмаков савровых- 4 пары, сито- 1, холста на 4 рубахи…» и пр. [28, л. 97].

В документе архива Терского коменданта от 15 февраля 1726 г. сообщается о том, что с терских окочан Сурхая Усманова с двумя его работниками, которые были пропущены в Аксай «для покупки запасов, также были взяты пошлины» [28, л. 2 об.].

Аксаевские феодальные владетели взимали пошлины и с кизлярских купцов, ведущих торговлю в данном владении. Так, например, в своем письме от 1 мая 1765 г. аксаевский владетель Эльдархан Султанмамутов к кизлярскому коменданту Н.А. Потапову высказывает свое право взимать пошлины с кизлярских купцов: «У нас и отцовские и дедовские обычаи имеется так: таки люди, ежели в таких случаях сообщается с нашими подвластными людьми и приедут к нашим конским табунам, тогда мы с них чрез бегаулов своих, по отцовским обычаям, надлежащие пошлины берем. Но ныне мы по той же силе с них брали пошлины, а вы хотите те отдревле надлежащие наши пошлины отставить, то мы того весьма в обиду почитаем...» [28, л. 65].

В Засулакской Кумыкии одним из известных торговых центров был Костек– центр Костековского владения. «... В торговом отношении он уступает Аксаю, хотя и в нем бывают еженедельные базары; кроме того он богат хлебом, виноградом», – писал Н. Семенов [24, с. 229]. Судя по архивным материалам, Костек играл немаловажную роль в осуществлении русско-дагестанских торгово-экономических контактов. Здесь также имелись лавки кизлярских армян, комиссионеры крупных российских предпринимателей скупали марену, хлопок, поставляя «потребные вещи» в Костек [15, с. 99-100]. «Доходы костековского народа состоят ... в продаже в Кизляр дров, кольев в сады виноградные и леса строевого...», – писал А.И. Ахвердов [2, с. 214].

Рыболовство являлось одной из доходных статей жителей Костека и их владетелей. Как свидетельствует С.М. Броневский «Андреевские и Костековские владельцы равномерно отдают рыбные ловли свои… армянам и российским промышленникам и получают из того изрядный доход… Река Койсу изобилует рыбою, в оной ловятся осетры, севрюги, лососи, карпы, жерех и пр. …» [5, с. 201].

В Костеке в рассматриваемый период получило большое развитие и ремесленное производство, особенно связанное с обработкой металла. Костековские ремесленники занимались не только изготовлением сельскохозяйственного инвентаря, но и ремонтом и изготовлением холодного и огнестрельного оружия. Терские казаки постоянно приобретали у местных жителей строевых лошадей и арбы. Для закупки повозок казаки выезжали в горские селения и там приобретали их для нужд всей станицы [21, с. 240].

Таким образом, вышеприведенный материал позволяет нам констатировать, что торговые центры Кумыкии (Тарки, Эндирей, Аксай и Костек) в ХVIII в. приобретают все большее экономическое значение в российско-северокавказских отношениях, становясь важными транзитными пунктами в этих торговых взаимоотношениях.

Следует также отметить, что торгово-экономические связи с Россией имели прогрессивное значение для народов региона, поскольку они стимулировали рост местного производства. На свои ремесленные изделия, скот, хлеб, меха, фрукты, народы региона приобретали у русских не только соль, но и предметы первой необходимости, легкий и дешевый ситец, холст и другие ткани, различные орудия производства. Разумеется, что они больше тянулись к развитию торговли с Россией, несмотря на сложность политической остановки и антирусскую пропаганду со стороны шахского Ирана и султанской Турции.