Мне посчастливилось быть знакомым с удивительным человеком и поэтом Анваром Аджиевым, которого еще при его жизни собратья по перу окрестили Йырчы Казаком ХХ века. Моя первая встреча с ним состоялась в мои молодые годы в 1978 году на юбилейных мероприятиях, посвященных 40-летию одного из лучших сынов Дагестана, в то время одного из самых лучших эффективных руководителей среди руководителей районов республики Алибека Аджиева.
На торжественное мероприятие Анвар Аджиев приехал, возглавляя большую делегацию поэтов и писателей и творческих работников столицы. Он являлся уважаемым поэтом Дагестана, лауреатом Республиканской премии им. С. Сталъского. В доперестроечные времена работал зам.зав.отделом областного комитета КПСС, секретарем Союза писателей Дагестана, председателем Комитета по радиовещанию и телевидению, главным редактором литературного альманаха "Дружба".
Особые симпатии к нему вызывало и то, что в годы Великой Отечественной войны он написал стихотворение «Наступление» («Чапгъын», 1942), ставшим затем классическим произведением военного периода, в котором были и строки, посвященные моему земляку Ханпаше Нурадилову, посмертно удостоенному звания Героя Советского Союза.
Я поспешил, и, не дав ему даже усесться за стол, сразу предоставил ему слово. Он меня успокоил, попросил хоть отдышаться и позже дать ему возможность высказаться. Так и сделали.
Когда я поближе познакомился с ним, меня поразила его простота, скромность, обходительность, высокая эрудиция.
Анвар Аджиев был Народным поэтом Дагестана, так и не проведшего ни одного своего авторского вечера, не ходивший по кабинетам, намекая о приближающихся датах, – быть может потому и не отметивший ни одной знаменательной даты в своей биографии на республиканском уровне, в чем наверняка и наша вина.
Расул Гамзатов называл его своим близким другом и писал о нем: «Мир поэзии Анвара Аджиева – это мир ярчайших красок, мир, где всему живому уютно. Его стихи настолько уплотнённого смысла, что становятся своеобразными афоризмами!». Знаменитый поэт-переводчик Семен Липкин о поэте сказал: «Анвар Аджиев – очень сильный стилист в родном языке, он такой поэт, которого трудно перевести на русский язык, он очень долго остается только на родном языке, между тем популярность его в народе необыкновенная».
Всецело поддерживаю слова об Анваре Аджиеве, высказанные нашим не менее известным Камалом Абуковым, который характеризовал его как Человека с большой буквы, крупной личности, «…прожившей отведенный ему срок без трибунных притязаний, без мании величия и без шаманства…». Есть все основания утверждать, считает он, что приход в поэзию Анвара Аджиева ознаменован новым этапом в становлении и расцвете кумыкской поэзии. «Мне кажется, – отмечает К.Абуков, что об Анваре Аджиеве мы еще не говорили по большому счету. Поэтому, во-первых, при жизни не поняли, с кем работаем, с кем имеем счастье общаться и возможность у кого учиться. И самое обидное – все еще по-настоящему не поняли, кого лишились. С уходом Анвара Аджиева кумыкскую литературу стало сквозить, как дом, у которого прохожие от зависти разбили окна…». В литературу он, «…вошел уверенно, говоря со всеми на равных, но даже в пик ранней, разлетевшейся раскатами славы и всеобщего признания не стал теснить и выталкивать из круга уставших в пути предшественников и явно уязвимых в творческом соперничестве ровесников. Он рос стремительно, без злорадного оплевывания прошлого и без потасовок со своим поколением…».
Дала декъал войла иза. (чеч. яз.)